aif.ru counter

Серафима Чеботарь: Виталий Вульф - муза моего творчества

Серафима Чеботарь не хочет быть второй Жорж Санд, верит в мистические совпадения и мечтает написать великий

Сейчас Серафима является автором трех биографических сборников и соавтором ещё 11, большая часть которых написана с Виталием Вульфом. В гостях SPB.AIF.RU она рассказала, о чем они спорят с Виталием Яковлевичем, почему на женщин-руководителей до сих пор смотрят косо и как автор может проявить себя в таком жанре как биография.

«Женщине нужно работать больше, чтобы переломить предвзятое отношение к её полу»

«АиФ-Петербург»: – Серафима, почему Вы решили обратиться именно к женской биографии? Может быть, женщин в истории несправедливо принижают?

- Конечно, женщина не всегда была в фокусе светской жизни: она не могла выступать публично, вести активную общественную жизнь, так как это казалось ненормальным. Мужчины же, имеющие больше возможностей, занимали все значимые места в истории. Дамам, если о них вспоминали историки и биографы, отводилась роль коварных соблазнительниц, из-за которых гибли царства. В этом чувствовался мужской шовинистический взгляд на женские судьбы. Только в XX веке, когда женщина сама поверила, что может выйти в мир и ей есть, что ему сказать, ситуация изменилась. Историки обратили на нее свой взор, начали рассказывать о судьбах великих женщин. Теперь красивую девушку не считают исчадьем ада, её не сжигают на костре, а о ней пишут в глянцевых журналах.  

Кстати, издатели считают, что чтением биографий занимаются в основном женщины и именно женские истории читательницам более интересны, чем рассказы о мужчинах. На мой взгляд, такой малый интерес к мужским биографиям требует исправления. Поэтому мы выпустили уже три книги, посвященные великим мужчинам.  

«АиФ-Петербург»: – Серафима, Вы пишете об активных женщинах, которые играли важную роль в жизни общества. А насколько Ваша жизнь активна? Состоите ли Вы в политической партии? Приглашали ли вас вступить в ряды феминистических организаций?

- Нет, пока никто не звал. Может, причина в том, что я человек не публичный, веду довольно традиционный образ жизни. У меня любящий муж, трое детей, я сижу дома, не хожу на работу в офис. К тому же я не стремлюсь и даже иногда опасаюсь становиться членом какого-то общества. Эта деятельность отнимает много времени, которого у меня и без того нет. Мне дороже моя семья, чем какие-либо политические организации.

К тому же, если я стану членом политической партии, всегда есть вероятность того, что кто-то из моих героев войдет в конфликт с платформой партии, к которой я буду принадлежать. И по велению партии, мне придется преподносить события под определенным углом зрения , чтобы я по этому поводу ни думала, и как бы оно ни было на самом деле. А этого очень не хочется. Я не хочу допустить никаких политических оценок в свои произведения, потому что все строго привязано ко времени. Через пять лет меняется политический режим, и бывшие преступники становятся героями. К тому же я уверена, что люди поступают так или иначе, руководствуясь не какими-то политическими идеями, а своими внутренним убеждениям.

«АиФ-Петербург»: – А Вы ходите на выборы, митинги, демонстрации?

- На выборы – хожу, на митинги и демонстрации – нет.

«АиФ-Петербург»: – Вообще в наше время очень мало женщин-политиков. В Финляндии две главные фигуры, президент и министр, - это женщины. Как Вы считаете, почему у нас сложилась такая ситуации, когда женщина не очень-то стремится в политику?  

- Россия уже несколько веков никак не может определиться, кто же она: Европа или Азия. От этого и зависит отношение к женщине в обществе. С одной стороны, на женщину, которая занимает высокий пост, до сих пор смотрят косо, потому что она все ещё слишком выделяется из общей массы. С другой стороны, существует влияние европейской точки зрения. Вспомните судьбу нашего первого министра культуры – Светланы Фурцевой. Сколько усилий ей пришлось приложить, чтобы доказать, что женщина достойна находиться на этом посту. Женщине нужно работать в 2-3 раза больше на высоком посту, чтобы доказать, что она достойна, чтобы переломить предвзятое отношение к её полу. Вполне возможно, президентом когда-нибудь станет женщина. Почему нет? В нашей истории уже были моменты, когда женщины правили Россией.

«Виталий Яковлевич - муза моего творчества»

«АиФ-Петербург»: – Серафима, 11 книг написано у Вас в соавторстве с Виталием Яковлевичем Вульфом. Расскажите, как появился Ваш творческий союз?

- Мы с Виталием Яковлевичем знакомы очень давно. Он меня знает с тех пор, как мне было 3 года. Я росла на его глазах. Виталий Яковлевич дружит с моим отцом много лет. Они соавторы, написали вместе много пьес. Когда я еще училась в школе, они стали привлекать меня к своей работе: просили отредактировать текст, найти цитаты, перевести стихи. Окончив школу, по совету Виталия Яковлевича я поступила на историко-филологический факультет Российского Гуманитарного Университета, где училась на кафедре сравнительной истории литератур.

В один прекрасный момент Виталию Яковлевичу предложили вести рубрику о женщинах, изменивших моду. Он сказал, что ему это не очень близко, но есть девушка, которая может ему помочь. И он предложил этим заняться мне. Обычно он надиктовывал мне текст, я приводила это в читабельный вид, связывалась с редакцией. Постепенно, набираясь опыта и наглости, я начала писать самостоятельно. Однажды он сказал, что уходит из проекта и что я могу работать самостоятельно. И я стала работать одна. Через некоторое время позвонили из издательства «Эксмо» и предложили издать наши статьи. В результате в свет вышли три книги, которые к нашему большому удивлению, вызвали большой читательский интерес. После этого издание собрало все работы под одной обложкой, так появилась книга «Великие женщины 20 века». Этой книгой издательство начало новую серию, над которой мы работаем до сих пор. Книги, в которых собраны биографии разных женщин, мужчин, которые объединены какой-то общей темой, или же общим принципом подбора. Сейчас я работаю одна, имя серии «Виталий Вульф представляет» - это дань уважения ему. Но, обещаю, скоро на обложке будет указана только моя фамилия. А Виталий Яковлевич будет присутствовать только в качестве незримой музы моего творчества.

«АиФ-Петербург»: – Бытует мнение, что с людьми, с которыми ты знаком с детства, труднее работать. Выстраиваются не совсем рабочие отношения, которые могут помешать творческому процессу. Как Вам работалось с Виталием Вульфом?

- Учитывая разницу в возрасте и образовании, я не могу воспринимать его как равного. Это авторитет, которого нужно слушаться и подчиняться. С ним работается очень хорошо. Он человек огромной эрудиции, у которого есть ответ на любой вопрос. Это накладывает на меня ответственность как на автора, - соответствовать ему.

«АиФ-Петербург»: – Доводилось ли Вам спорить с ним?

- Споры, конечно, бывали. К примеру, у нас категорически разные взгляды на аспекты семейной жизни звезд. Так он категорически против адюльтеров. Я же могу допустить, что такое случается. Иногда спорим из-за политических моментов, но всегда пытаемся найти компромисс.

«АиФ-Петербург»: – Серафима, к нам на сайт пришел вопрос, точнее предложение от одного из читателей. Он предлагает Вам составить сборник, вписывающийся в Вашу серию, под условным названием "Юноши, которые изменили мир". «Многие научные открытия и гениальные художественные произведения бывают следствием работы пытливого, незашоренного ума», - пишет он. Как Вам такая идея?

- Действительно, очень часто бывает, что в молодости подававший надежды человек, привлекший к себе внимание, потом сходит с вершины успеха. Если взять уже вышедшие сборники, Вы заметите, что очень часто мы имеет дело с людьми, которые прославились в молодости. Мне всегда было интересно проследить всю судьбу человека, узнать, что остается за кадрами глянцевой хроники, что происходит после того, как выключается свет и задергивается занавес над чьей-то судьбой, как прошлые события жизни влияют на то, что будет дальше. Почему, к примеру, Френсис Скотт Фицджеральд, прославился своим первым романом и почему последующие его романы, которые критиками нашего времени расцениваются как великие, его современниками были очень низко оценены и практически провалились. Почему он закончил свои дни третьеразрядным сценаристом, которому не давали работать, потому что его сценарии были слишком изысканны для Голливуда. Почему многие актрисы в молодости, когда у них ещё нет опыта, востребованы, и куда они деваются потом, когда появляется опыт, а красота уходит…

«Никогда не хотела быть второй Жорж Санд»

«АиФ-Петербург»: – Серафима, читатель под ником dayafterday спрашивает: «Вы известны как автор очерков. А увидим ли мы, читатели, Ваши произведения в других жанрах?».

- Несколько лет назад я писала стихи. Одно из изданий, с которым я сотрудничаю, готовит серию сборников, в которой появятся и мои работы. Кроме того, сейчас идут переговоры о том, чтобы вместо сборников начали выходить отдельные биографии, то есть планируется изменить формат изданий. Ну и, конечно, как любой писатель, я мечтаю написать великий роман. Но я пока не определилась, ни с темой, ни с персонажем, ни даже с тем, когда получится об этом подумать. Но такая мечта есть.

«АиФ-Петербург»: – Сейчас в метро продаются небольшие недорогие биографические книги, которые удобно читать в общественном транспорте. Доводилось ли Вам покупать их? Как Вы оцениваете их качество?

- Я не покупала таких книг, но теперь обязательно посмотрю и пролистаю. В биографиях должен быть текст, который претендует на правдоподобие, в нем должны быть ссылки, предисловия, послесловия. На счет этих книг я не уверена, есть у меня некоторые сомнения. Буду рада, если я ошибаюсь.

Сейчас, к примеру, появилось много журналов с биографическим наполнением, в которых очень вольно обращаются с правдой. Журналисты считают, что вправе сочинять, переписывать чью-то историю, менять местами причины и следствия, приписывать кому-то поступки других людей. Это вводит меня в недоумение. В институте в меня вдолбили, что если ты пишешь, что так было, значит так и было, и никак иначе. Если у меня источники противоречивые, я стараюсь выстроить для себя версию, которая правдивее, у которой больше источников, которая соответствует логики самого человека.

«АиФ-Петербург»: – Серафима, читательница Наталья спрашивает, творчество кого из писателей вас вдохновляет? Кто ваши любимые авторы, с кого берете пример в своей карьере?

- Пример, конечно, беру с Виталия Вульфа. Но меня вдохновляет творчество многих писателей. Не могу сказать, что ориентируюсь на кого-то одного. Никогда не хотела быть второй Жорж Санд или Львом Толстым. Подражать – значит не сказать ничего своего. Я стараюсь писать, не оглядываясь ни на кого, за исключением каких-то технических моментов. Я с удовольствием читают классическую литературу, английские романы 16-17 века, русскую классику, поэзию, Джона Донна, Шекспира ( это моя страсть с детства). Современных авторов я знаю намного хуже.

«АиФ-Петербург»: – Кстати, читаете ли Вы книги Эдварда Радзинского.

- Читаю. Вообще считаю следить за жанром биографической прозы и за людьми, которые работают в этом жанре. Не могу сказать, что со всем согласна. Пишет много, пишет по-разному.

«АиФ-Петербург»: – Мне кажется, что биография очень строгий жанр. Как Вы считаете, насколько этот жанр позволяет автору проявить себя?

- Безусловно, он допускает намного меньше вольностей, чем художественная проза. Но интерес в этом жанре заключается в том, что в довольно жестких рамках можно сказать своё слово, можно выразить концепцию, построить собственную версию. Возьмем, к примеру, моду. На протяжении веков она была строга регламентирована. Прописывалось все: длина подола, количество складок. Но женщины находили возможность в этих рамках выразить себя. Более того, для них подчас это был единственный способ проявить себя, так как другой вид социальной активности был закрыт. Я поражаюсь этой возможности в одной маленькой складке выразить свою личность. Почему я не могу выразить себя посредством слова, тем более что этих слов набралось на такое количество книг?!

«АиФ-Петербург»: – Одна из читательниц спрашивает, где вы берете материал для работы? «Я сама журналист, иногда занимаюсь биографиями, но просто нет ничего, что можно было бы использовать. Это либо откровенное вранье, либо факты, которые надо перепроверять по десять раз», - пишет она.

- Мне странно слышать такие слова в век информационных технологий, свободного доступа к интернету. Другое дело, что материала бывает много и он очень противоречивый. Указываются разные даты, причины… В работе, конечно, надо начинать с классических биографий, с мемуаров. Даже если там не будет рассказа от первого лица, будет рассказ о времени, который поможет понять логику жизни, условия развития личности. В тексте могут быть ссылки на события, которые могли повлиять на жизнь персонажа. Очень часто указываются разные сплетни, слухи. Все это рисует картину, каким представлялся персонаж своим современникам.

Бывают случаи, когда персонажи малоизвестны. Тогда приходится день и ночь промывать руду, искать крупицы информации. Но иногда факты сами падают тебе в руки. Почти мистическая история была связана с биографией Натали Палей, дочери великого князя Павла Александровича. Оказавшаяся после миграции в Париже, она стала манекенщицей, вышла замуж за модельера Люсьена Лелонга, потом уехала в Америку. На этом информация исчерпывалась. И вот как-то случайно захожу в гости к Виталию Вульфу, а у него на столе лежит только что изданная биография Антуана де-Сента Экзюпери, моего любимого с детства писателя. Я открываю эту книгу на вкладках с фотографиями и на меня смотрит Натали Палей. Подпись под фотографией гласит - «актриса Натали Пэйли». Я читаю эту книгу и понимаю, что там горы информации. Оказывается, у неё был роман с Жаном Кокто, который трагически закончился. Их общие друзья вынудили ее сделать аборт, после которого она больше не смогла иметь детей. Произошедшее она очень тяжело переживала. И по воспоминаниям, Както её любил до конца дней. У неё был роман с Экзюпери, потом с Ремарком. Девушка была очень непростая. В том, что эта книга мне попалась в руки в нужное время, есть некая мистика.

«АиФ-Петербург»: – Ещё один читатель, Ирина спрашивает: «С чего можете посоветовать начать начинающему автору?»

- Во-первых, автор должен поверить в то, что он – автор. Во-вторых, он должен обладать определенным багажом знаний, должен быть начитан. Многим начинающим помогает теоретическая подготовка: филология, литературоведение. И, конечно, нужно писать-писать, верить в то, что получится. Литература – это такое дело, которое требует усилий и некой доли везения.

«АиФ-Петербург»: – Какие Ваши планы, над чем сейчас работаете?

- Сейчас я работаю над книгой из серии «подарок к празднику», которая должна выйти уже в начале следующего года. Тема: политики, которые изменили мир. Издатели сочли, что мой подход, нацеленный на личность, будет интересен. В серии «тестура-пресс» также должен выйти поэтический сборник.

«АиФ-Петербург»: – Серафима, будем ждать Ваших новых книг, было интересно с Вами пообщаться.

- Спасибо большое, что обратили внимание на мои книги. Читайте хорошую литературу. Это всегда Вам поможет.

 Видео интервью можно посмотреть здесь.


Оставить комментарий
Вход
Комментарии (1)
  1. Серафима Чеботарь
    |
    23:26
    20.12.2010
    0
    +
    -
    Спасибо вам за приятную беседу! Мне было очень интересно и комфортно с Вами общаться :) Однако хочется заметить, что некоторые фамилии написаны неправильно: министра культуры СССР звали Светлана Фурцева, дочь великого князя - Натали Палей (она же Натали Пэйли), ее мужа - Люсьен Лелонг, французского поэта, художника, режиссера и драматурга - Жан Кокто, английского поэта - Джон Донн.
Все комментарии Оставить свой комментарий

Самое интересное в регионах

Актуальные вопросы

  1. Что произошло на заводе «Авангард» под Петербургом?
  2. Когда откроют съезд с КАД?
  3. Эпидемия гриппа началась?

Сделали ли вы прививку от гриппа?