Елена Петрова 0 352

«Мягкая сила». Хореограф Борис Эйфман о главной задаче искусства

Сочинение хореографии - мучительный процесс, считает мастер.

Яна Хватова / АиФ

«Вопреки западной пропаганде мы доказываем, что в России живут не агрессоры, а люди с душой и сердцем», - считает Борис Эйфман, всемирно известный хореограф, который 22 июля отметит 70-летний юбилей.

Недоволен собой

АиФ-Петербург, Елена Петрова: - Балет уже много лет является визитной карточкой нашей страны. Однако в последнее время отношения России и Запада значительно накалились. Влияет ли на восприятие иностранного зрителя антироссийская пропаганда?

Борис Эйфман: - Нет. Санкции касаются людей, занимающихся политикой, а мы занимаемся искусством. Вопреки западной пропаганде мы доказываем, что в России живут не агрессоры, а люди с душой и сердцем. Влияние культуры, «мягкая сила», как сейчас говорят - важный момент сближения людей разных стран, национальностей, политических убеждений. Эту миссию театра считаю основной.

Вот экономические проблемы на нашем существовании сказываются, гастроли, особенно по России, выстраивать всё сложнее. Но в этом году поездки будут: когда я очень чего-то хочу - получается.

Сцена из балета Up and Down.
Сцена из балета Up and Down. Фото: Театр балета Бориса Эйфмана

- С этим нельзя не согласиться, ведь вам удалось создать свой театр почти сорок лет назад. В чём залог успеха?

- В двадцать лет я приехал в Ленинград и поступил на балетмейстерское отделение Консерватории. Я, чужак, попал в закрытый кастовый город, со своими традициями и связями. Для меня это было трудное, но и счастливое время погружения в петербургскую культуру. Хотя поначалу голодал, снимал углы, но быстро начал работать везде, где только можно: на телевидении, на эстраде, в Вагановском училище, в театрах.

И уже через одиннадцать лет получил право создать свой театр. То, что мы делали, вызывало восторг публики, особенно молодой, но абсолютное неприятие официальных лиц. Инакомыслие в балете было недопустимо, и каждый спектакль проходил сумасшедшую цензуру, три-четыре официальных просмотра, беспощадную критику… Бог дал мне терпение и силы всё это выдержать.

А для себя понял: чтобы добиться успеха, нужно постоянно совершенствоваться. Мне не так-то легко в 70 лет «прыгать» в репетиционном зале, но я же не имею права показывать движения на пальцах.

- В зале и рождается спектакль?

- Это заключительный, а также самый понятный этап работы. А начинается всё примерно за полгода с застольного, книжного периода. Вот сейчас я создал вторую редакцию балета о Чайковском - и заново перечитал всё, написанное о композиторе. Потом анализировал каждый момент его жизни, исписывая целые тетради, ведь мне нужно открыть неизвестное в известном. Потом уже идёт подбор музыки, потом - сочинение хореографии.

Наши спектакли имеют успех во всём мире, но ни об одном не могу сказать: «Остановись, мгновенье, ты прекрасно!» Я неудовлетворён… самим собой. И конкурент у меня один - я сам. Путь творческого человека лежит к горизонту, который всё время отдаляется.

Кадровый голод

- Строительство Дворца танца тоже «всё отдаляется»?

- Проектом я занимаюсь почти двадцать лет, это целая эпопея. Но есть надежда, что глубокой осенью строительство начнётся. Принят проект архитектора Сергея Чобана - уже четвёртый вариант здания. Я четвёртый раз вхожу в одну и ту же воду, которая уже стала болотом. Эмоции притупились, но стараюсь сохранить профессиональный уровень оценки. Хочу, чтобы это было достойное сооружение и чтобы оно радовало, а не огорчало петербуржцев.

Все эти годы я переживал, что ничего не получается. А сейчас понимаю, что это был знак судьбы, ведь как только мы перережем ленточку, я закончусь как хореограф. Минимум на два года придётся надеть строительную каску и начать адаптировать это огромное необжитое пространство к практической работе. Дворец танца будет служить не только нашему театру, я хочу, чтобы здесь выступали лучшие труппы мира, проводились фестивали, конкурсы.

Кстати, уже в 2018 году мы откроем ещё один городской театр - Детский театр танца.

Что меня немного пугает в этих «проектах века», так это кадровый голод, отсутствие специалистов в Петербурге. Нам нужны не только профессионалы во всех сферах театрального дела, но и единомышленники, чтобы сохранить чувство театра как семьи, а не как фабрики по выпуску «продукта».

Дон Кихот на сцене театра.
Дон Кихот на сцене театра. Фото: Театр балета Бориса Эйфмана

Выплеснули ребёнка

- В чём же вы вот уже не один десяток лет черпаете вдохновение?

- Есть художники, которым влюблённости, страсти помогают в творчестве. Мне - нет. Я человек целенаправленный, свою страсть отдал балету. Чувствую в себе внутренний дар, и мне не нужен внешний мир для вдохновения.

Сочинение хореографии - мучительный процесс, но когда у меня что-то получается, это ни с чем не сравнимое чувство творца.

Конечно, Творец - один, но мы - маленькие подмастерья, ощущающие радость от того, что можем что-то создавать.

- Ваши знаменитые балеты поставлены по мотивам произведений Толстого, Пушкина, Достоевского, Чехова, Куприна, Булгакова. Вдохновение даёт и русская литература?

- Я воспитан в русской культуре, а художнику важно найти свою самобытность. Сегодня кризис во всей мировой культуре, и наше спасение - питаться своими соками. А не чужими, потому что всё чужое вызывает скорее аллергию, чем органику.

Сегодня же в искусстве очень много подражателей. Ведь это легче всего - копировать то, что делается в мире. Один из факторов того, что мы потеряли наше кино, заключается в том, что начали подражать, «учиться» у Голливуда, но с водой выплеснули ребёнка. Потеряли то, что имели. Великое советское кино.

Как всегда, разрушаем до основания… Это наша трагедия, что мы вычеркнули огромный пласт отечественной культуры.

То, что происходит сегодня, возможно, явление временное. Но оно очень опасно, потому что вот ещё одно поколение «не помнящих родства», и что же сумеем сохранить?

Все спектакли имеют оглушительный успех.
Все спектакли имеют оглушительный успех. Фото: Театр балета Бориса Эйфмана

- В честь юбилея вы были награждены орденом Почёта. У вас уже есть и российские, и зарубежные награды. Признание такого уровня для вас важно?

- Мне нравится получать награды. И не потому, что тщеславен, а потому, что признание моего творчества - это признание театра. Я всё время ощущаю ответственность за него, за людей. Говорят, что театр живёт 10-15 лет, а мы существуем уже сорок. И продолжаем развиваться.

- Ваш театр имеет огромный успех на Западе, где много трупп современного балета. Чем вы их завоевали?

- Мы не похожи на современные западные компании, потому что наш стиль объединяет прошлое, настоящее и, надеюсь, будущее российского и мирового балета.

Нас не сразу оценили. Но, как сказал один известный английский критик: «Вы победили, потому что с каждым годом сочиняете всё лучше». Ну а я в очередной раз убедился - надо долго жить и много работать, чтобы тебя поняли.


Оставить комментарий
Вход
Комментарии (0)

  1. Пока никто не оставил здесь свой комментарий. Станьте первым.


Все комментарии Оставить свой комментарий

Самое интересное в регионах

Актуальные вопросы

  1. Где дают работникам печеньки?
  2. Как готовят торт для медведя?
  3. Опасно ли пить воду из-под крана?

Что привезти из Петербурга на память?