Январский расстрел. Почему кровавое воскресенье уничтожило веру в царя

Расстрел мирного шествия к царю 9 января 1905 года вошёл в историю как Кровавое воскресенье. В годовщину трагедии SPB.AIF.RU вспомнил, что произошло в Петербурге 110 лет назад.

Солдаты у Нарвских ворот накануне 9 января
Солдаты у Нарвских ворот накануне 9 января © / Commons.wikimedia.org

Расстрел мирного шествия к царю 9 января 1905 года вошёл в историю как Кровавое воскресенье. Это событие не было ни революцией, ни восстанием, но его влияние на ход русской истории оказалось огромным. Происшедшее изменило сознание людей и навсегда «похоронило» так старательно создаваемую идеологию о единении царя и народа – «Православие, Самодержавие, Народность». В годовщину трагедии SPB.AIF.RU вспомнил, что произошло январским днём в Петербурге 110 лет назад.

Легальные профсоюзы

Ни в чём не повинных людей, ставших жертвами решений представителей государственной власти, в России было много и до 9 января 1905 года. На Сенатской площади в декабре 1825-го погибли сотни случайных зевак, в мае 1896-го тысячами трупов закончилась давка на Ходынском поле. Январская демонстрация 1905 года обернулась расстрелом целых семей, которые шли к царю с просьбой защитить их от произвола чиновников и капиталистов. Приказ стрелять в безоружных людей стал толчком к первой русской революции. Но главным необратимым последствием трагедии стало то, что бессмысленное убийство уничтожило веру в царя и стало прологом для изменения государственного строя России.

Георгий Гапон (1900-е годы) Фото: Commons.wikimedia.org

Главными участниками мирного шествия были члены крупной легальной рабочей организации Санкт-Петербурга «Собрание русских фабрично-заводских рабочих», основанной популярным священником и блестящим оратором Георгием Гапоном. Именно «Собранием» во главе с Гапоном была подготовлена петиция рабочих и жителей Петербурга и организовано шествие к царю.

«Собрание» было одной из ассоциаций, созданных в начале ХХ века для отвлечения рабочих от политической борьбы. У истоков создания подконтрольных рабочих организаций стоял чиновник департамента полиции Сергей Зубатов. Он планировал с помощью легальных организаций отгородить рабочих от влияния революционной пропаганды. В свою очередь, Георгий Гапон считал, что тесная связь организаций с полицией только компрометирует их в глазах общества, и предлагал создавать общества по образцу независимых английских профсоюзов.

Священник написал новый устав общества, резко ограничивающий вмешательство полиции в его внутренние дела. Залогом успеха Гапон считал принцип рабочей самодеятельности. По новому уставу Гапон, а не полиция контролировал всю деятельность общества. Устав был лично одобрен министром внутренних дел Вячеславом Плеве. В итоге Георгий Гапон абсолютно официально стал посредником между рабочими и правительством, и выступил гарантом лояльности рабочего класса к государственной политике.

Забастовки в Петербурге

В начале декабря 1904 года с Путиловского завода Петербурга были незаконно уволены четверо рабочих — членов «Собрания». Быстро распространился слух, что они уволены именно за принадлежность к профсоюзной организации. Члены организации увидели в увольнении вызов, брошенный «Собранию» со стороны капиталистов. Существующие до этого контакты Гапона с правительством и полицией прекратились. В первых числах января 1905 года на заводе началась забастовка. Гапон обратился к руководству завода с просьбой отменить незаконное увольнение рабочих, но получил отказ. 6 января руководство «Собрания» объявило о начале всеобщей забастовки, и к 7 января забастовали все заводы и фабрики Петербурга. Когда стало ясно, что экономические методы борьбы не помогают, члены организации приняли решение выступить с политическими требованиями.

Бастующие рабочие у ворот Путиловского завода. Январь 1905 г. Фото: Commons.wikimedia.org

Петиция к царю

Идея обратиться к царю с просьбой о помощи через петицию возникла у нескольких радикально настроенных членов «Собрания». Ёе поддержал Гапон и предложил организовать подачу петиции как массовое шествие рабочих к Зимнему дворцу. Лидер организации призвал рабочих, взяв с собой иконы и портреты царя, идти к Зимнему вместе с жёнами и детьми. Гапон был уверен, что царь не сможет не ответить на коллективное прошение. 

В петиции говорилось о том, что «рабочие и жители Петербурга разных сословий с женами, детьми и старцами, пришли к нему, к государю, искать правды и защиты». 

«Мы обнищали, - писали они, - нас угнетают, обременяют непосильным трудом, над нами надругаются, в нас не признают людей, к нам относятся, как к paбам, которые должны терпеть горькую участь и молчать. Нет больше сил, государь! Настал предел терпению. Для нас пришел тот страшный момент, когда лучше смерть, чем продолжение невыносимых мук. Нам некуда больше идти и незачем. У нас только два пути: или к свободе и счастью, или в могилу».

Помимо жалоб и эмоций в тексте перечислялись конкретные политические и экономические требования: амнистии, повышения зарплаты, постепенной передачи земли народу, политических свобод и созыва Учредительного собрания.

С самого начала забастовки в министерстве внутренних дел считали, что влияние, которое имеет на рабочих священник Гапон, удержит их от противозаконных действий. Но 7 января правительству стало известно о содержании петиции. Политические требования возмутили чиновников. Никто не ожидал, что движение примет такой серьёзный оборот. Царь спешно покинул Петербург.

На Дворцовой площади, 9 января 1905 года, фото из Музея политической истории России. Фото: Commons.wikimedia.org

Расстрел демонстрации

С самого начала Гапон старался не дать властям повода применить силу и стремился придать шествию максимально мирный характер. Было решено, что народ пойдёт к царю абсолютно безоружным. Но все же в одной из последних речей накануне шествия Гапон говорил: «Здесь может пролиться кровь. Помните — это будет священная кровь. Кровь мучеников никогда не пропадает — она даёт ростки свободы».

 

Накануне шествия состоялось правительственное совещание, где обсуждались варианты развития событий. Одни чиновники призывали не допускать митингующий народ на Дворцовую площадь, напоминая, чем закончилась трагедия на Ходынке, другие предлагали разрешить подойти к дворцу только избранной депутации. В итоге было решено расставить на окраинах города заставы из воинских подразделений и не пускать людей в центр города, а на случай прорыва - разместить войска на Дворцовой площади. 

Организаторы шествия, хотя и были готовы к кровопролитию, в последний момент решили предупредить власть о мирном характере шествия. Присутствовавший на собрании Максим Горький предложил послать депутацию к министру внутренних дел. Но время было упущено, Петр Святополк-Мирский также покинул город, уехав в Царское село к царю.

Утром 9 января больше 100 тысяч человек из нескольких рабочих районов Петербурга - Нарвской и Невской заставы, Выборгской и Петербургской стороны, с Васильевского острова – начали двигаться к Дворцовой площади. По плану Гапона, колонны должны были преодолеть заставы на окраинах города и к двум часам дня соединиться на Дворцовой площади. Для придания шествию характера крестного хода рабочие несли хоругви, кресты, иконы и портреты императора. Во главе одного из потоков шёл священник Гапон.

9 января 1905 г. Кавалеристы у Певческого моста задерживают движение шествия к Зимнему дворцу. Фото: Commons.wikimedia.org

Первая встреча шествия с правительственными войсками произошла у Нарвских триумфальных ворот. Несмотря на оружейные выстрелы, толпа под призывы Гапона продолжала двигаться вперёд. По митингующим стали стрелять прицельным огнём. К 12 часам дня было разогнано шествие на Петроградской стороне. Отдельные рабочие перебирались по льду через Неву и мелкими группами проникали в центр города, где их также встречали вооруженные солдаты. Начались столкновения на Дворцовой площади, на Невском проспекте и в других частях города.

По данным полицейских отчётов, стрельба была вызвана нежеланием толпы разойтись. Погибло около 200 человек, среди них женщины и дети, почти 800 было ранено. Столкновения с полицией продолжались всю неделю. Самому Георгию Гапону удалось скрыться, его спрятал на своей квартире Максим Горький. По воспоминаниям очевидца, поэта Максимилиана Волошина, в Петербурге о тех событиях говорили так: «Последние дни настали. Брат поднялся на брата... Царь отдал приказ стрелять по иконам». По его мнению, январские дни стали мистическим прологом великой народной трагедии.

Могилы жертв «Кровавого воскресенья» на Преображенском кладбище под Петербургом. Фото: Commons.wikimedia.org

Бессмысленное убийство людей послужило толчком к первой русской революции. Она стала самой долгой в истории России и закончилась ограничением самодержавия и серьёзными либеральными реформами. По её итогам Россия, как казалось тогда многим, закономерно и прочно, как и почти все европейские страны, встала на путь парламентаризма. На самом деле, в те дни был запущен маховик революционной энергии, бесповоротно изменивший государственный строй в нечто совершенно далёкое от правового демократического государства.

Оставить комментарий
Вход
Комментарии (0)

  1. Пока никто не оставил здесь свой комментарий. Станьте первым.


Все комментарии Оставить свой комментарий

Актуальные вопросы

  1. Когда отреставрируют Ропшинский дворец?
  2. Почему в Госдуме выступили против фильма «Матильда»?
  3. Почему поле «Зенит-Арены» завибрировало?

Пользуетесь ли вы маршрутками?