13:37 12/05/2015 Ольга Петрова 0 3790

История в окопах. Как работали археологи в годы Второй Мировой войны

В годы Великой Отечественной войны часть сотрудников Института истории материальной культуры отправилась на фронт, часть осталась в блокадном городе. Их задачей стало сохранить уникальные фонды и библиотеку Института.

Яна Хватова / АиФ

Почти каждый участок на Северо-Западе, где сегодня ведут работы археологи, хранит следы боев времен Великой Отечественной войны. Как отмечают сами исследователи, им приходится довольно часто приглашать на помощь саперов. Между тем, даже в военное время работа ученых не останавливалась. Тогда и были обнаружены уникальные находки, например, на территории современных Таджикистана и Узбекистана была найдена тонкостенная посуда прекрасного качества. О работе археологов читайте в материале SPB.AIF.RU. 

Путь на Восток

Многие экспедиции, отправившиеся на археологические раскопки в начале лета 1941 года, вернулись в Ленинград к июлю. Институт истории материальной культуры (ИИМК) получил распоряжение об эвакуации имущества и сотрудников вглубь страны. Однако из-за быстрого наступления немецких войск значительную часть архивов так и не удалось вывезти. Некоторые сотрудники отправилась на фронт, другие осталась в блокадном городе. Несмотря на тяжелые условия, научная жизнь в Институте не прекращалась, и даже в суровую зиму 1941 - 1942 годов проходила защита кандидатских диссертаций.

В годы Великой Отечественной войны некоторые сотрудники отправились на фронт, другие остались в блокадном городе.

Часть сотрудников эвакуировали в Ташкент и Елабугу, где они продолжили научную работу. И именно Ташкент стал настоящим центром научной жизни. Здесь был создан сектор археологии Востока и начались раскопки в зоне строительства Фархадской ГЭС в Фергане.

Экспедицию возглавил археолог Виктор Гайдукевич. В начале войны он работал на строительстве оборонительных сооружений под Гатчиной, на Пороховых, состоял в команде ПВО при Институте, и только благодаря постановлению правительства его вместе с семьей вывезли из осажденного Ленинграда. Фархадская экспедиция стала единственным в стране полевым археологическим исследованием военного периода. Специалистам удалось вскрыть здесь городище Мунчак-Тепе с постройками первых веков нашей эры и развитого Средневековья.

«В Ташкенте был создан сектор археологии Востока. Он насчитывал 20 научных сотрудников, далеко не все из которых были специалистами в области среднеазиатской археологии. Тем не менее, они сумели в 1943 и 1944 годах провести раскопки в зоне строительства Фархадской ГЭС. Это Фергана, территория древней области Уструшаны. Объектом исследования стало городище Мунчак-тепе, где были вскрыты постройки первых веков нашей эры и развитого средневековья. Городище являлось мощным укреплением на границе со степным кочевым миром. Жизнь в этой крепости прекратилась, как и во многих других городских центрах Средней Азии, во время монгольского нашествия в начале XIII в. Вблизи Мунчак-тепе были открыты могильники, датирующиеся первыми веками н. э.», - рассказал профессор, научный сотрудник Института истории  материальной культуры Вадим Алешкин.

На территории современных Таджикистана и Узбекистана специалисты обнаружили находки, подтверждающие то, что здесь были развиты на высоком уровне литейное и ювелирное дело, строительство и обработка камня, ткачество. Как оказалось в древние времена эти земли были известны своим гончарным производством. Мастерам удавалось изготавливать тонкостенную посуду прекрасного качества. Ее поверхность покрывалась плотным блестящим красным ангобом, и во многом это посуда напоминает современную ей римскую керамику, что говорит о связях этих территорий в те времена. Здесь же ленинградские археологи обнаружили клад серебряной посуды. Сейчас найденные чаши и кувшинчик хранятся в отделе Востока Эрмитажа. В целом, как выяснили ученые, жизнь в этом регионе в первых веках нашей эры была насыщена, а торговые связи устанавливались с различными регионами. Во время раскопок нашли посуду с персидскими надписями и монеты с китайскими иероглифами. Здесь же обнаружили и шахматы.

На территории Узбекистана были обнаружены находки, подтверждающие то, что здесь были развиты на высоком уровне литейное и ювелирное дело. Фото: www.globallookpress.com

Жизнь в осажденном городе

Некоторые сотрудники Института истории материальной культуры отказались от эвакуации из Ленинграда, и их задачей стало сохранить фонды и библиотеку. Летом и осенью 1942 года им пришлось спасать книги, пострадавшие из-за лопнувшей водопроводной трубы в помещении над книгохранилищем. Проникшая влага вкупе с отсутствием топлива и электричества создала угрозу для фолиантов. Их приходилось проветривать, устраивая сквозняки, сушить уникальные издания во дворе на панелях и веревках.

Несмотря на все принятые меры, часть изданий все-таки погибла, много книг было повреждено плесенью, покоробились и отвалились переплеты, многие книги распались. Осенью 1942 года было принято решение начать работы по консервации, на что потребовалось больше года. Все это время более шести тысяч томов лежали в штабелях. Но даже в таких условиях библиотека продолжала работать. Например, с мая по июнь 1942 года читателям было выдано 166 книг.

Некоторые сотрудники Института истории материальной культуры отказались от эвакуации из Ленинграда, и их задачей стало сохранить фонды и библиотеку.  Фото: Институт истории материальной культуры РАН

Жизнь после войны

Прерванные экспедиции возобновились практически сразу же после войны.

«Первая послевоенная экспедиция, в которой я работал на Кавказе, в Южной Осетии, состоялась летом 1949 года. Помню, что в послевоенное время острой проблемой было спастись от голода, и мы привозили с собой из Ленинграда мешки сухарей, а также сливочное масло, которое охлаждали с помощью сосудов с холодной водой. Во многих случаях при раскопках мы сталкивались со страшным наследием войны – при проведении археологической разведки местности нередко обнаруживали остатки боеприпасов, мин и минных полей. Впрочем, некоторые следы войны даже приносили нам пользу – например, проводя раскопки под Владикавказом, мы обнаружили в отвалах земли, оставшихся от рытья окопов, памятники мустьерской культуры», - вспоминает профессор, ведущий научный сотрудник-консультант Отдела палеолита ИИМК РАН, ветеран ВОВ Василий Любин.

Мустьерская культура ассоциируется с поздними неандертальцами. На фото каменное скребло той эпохи. Фото: Commons.wikimedia.org

Археологи сталкивались с тем, что бомбежками были разрушены ценные исторические памятники, а культурные слои в грунте с артефактами разных веков были перемешаны в ходе строительства укреплений.

«Курганы и городища, располагавшиеся на высоких или просто не заболоченных местах, военные нередко выбирали в качестве выгодных мест для строительства укреплений, и при разведке мы практически повсеместно находим следы блиндажей, траншей и окопов, боеприпасы, куски колючей проволоки», - рассказал ведущий научный сотрудник Отдела славяно-финской археологии ИИМК РАН, доктор исторических наук Владимир Лапшин.

Так в военных целях использовался могильник Черкасовка в Ленинградской области, а также территории в северной части Карельского перешейка. На одном из курганов как-то была найдена целая связка авиабомб. Очень много следов войны встречается при раскопках в Новгородской области, где проходили ожесточенные бои, и немцы создавали мощные оборонительные укрепления. В Санкт-Петербурге два года назад во время исследований на Большой Посадской нашли гранату РГД-45.

«Постоянно находим патроны, осколки, другие боеприпасы при работах в городе, в том числе на Охте. Богат на такие «подарки» остров Гогланд. В целом же можно сказать, что без следов Великой Отечественной войны обходится редкий раскоп на Северо-Западе России», - заключил Лапшин.

Оставить комментарий
Вход
Комментарии (0)

  1. Пока никто не оставил здесь свой комментарий. Станьте первым.


Все комментарии Оставить свой комментарий

Актуальные вопросы

  1. Где откроются новые платные парковки?
  2. Для чего нужна туристическая полиция?
  3. Как приучить ребёнка питаться полезно?

Кому вы помогаете с большей готовностью?